Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

black sun

(no subject)

В каждом новом мире я рождаюсь заново.
Я никогда не умру.

В сущности я - еще не рождённый. Но уже столько раз умиравший.
Что перед глазами до сих пор вьется рой мучительных сцен.

(Мой) далёкий голос говорит со мной, иронично... будто с ребёнком, когда я испытываю боль, когда, приподнимаясь над телом, смотрю внутрь, вглубь. Мучения очищают слух. И мир озаряется прозрачным огнём. Цинично, как с человеком. Не повторяя дважды. Я не донесу и половины.

Но зачем тогда все эти воспоминания? Вспышки застывшего света. Видит ли земля глазами роющего её червя корни застрявших в ней растений и камни? Ужасается ли тот, освещающий себе путь во мне, предстающим перед ним картинам и почему показывает их мне, или я вижу его глазами? Или я вижу бесконечно далеко в себе.

Мне ещё предстоит родиться. В самой мысли о том, что там не будет ни земли, ни червей, видящих друг друга (или друг в друге) - никаких форм, кроме чистого света, я нахожу великое утешение.
black sun

Lamia

Ламии




По мнению римских и греческих классиков, ламии обитали в Африке. Кверху от пояса у них формы красивой женщины, нижняя же половина змеиная. Некоторые называли их колдуньями, другие злобными чудовищами... Они завлекают путников в пустыне и пожирают их.

Происхождения они божественного - они потомки одной из многих любовных связей Зевса. Ламия, дочь Посейдона и нимфы Ливии, была возлюбленной Зевса. Гера, узнав об измене, пришла в бешенство и из мести прикончила детей Ламии. "...та была вынуждена укрыться в пещере и превратилась в кровавое чудовище, похищавшая и пожиравшая чужих детей. Так как Гера лишила ее сна, она бродит по ночам. Сжалившийся над ней Зевс, даровал ей возможность вынимать свои глаза, чтобы заснуть, и лишь тогда она безвредна." Данный сюжет можно обнаружить в Лексиконе Свида.

По другой легенде, когда-то Ламия была королевой Ливии, прекрасной женщиной, у которой были дети от Зевса. Но когда Гера, жена Зевса, узнала об этом, то заставила королеву поглотить их. И Ламии пришлось подчиниться, потому что нелегко противостоять натиску богини. Однако с тех пор Ламия начала по ночам отбирать у матерей их младенцев. Перед тем, как высосать кровь, она разрывала их похожими на когти ногтями.

Collapse )
black sun

... из Т.С. Элиота


Что там за корни в земле, что за ветви растут
Из каменистой почвы? Этого, сын человека,
Ты не скажешь, не угадаешь, ибо узнал лишь
Груду поверженных образов там, где солнце палит,
А мертвое дерево тени не даст, ни сверчок утешенья,
Ни камни сухие журчанья воды. Лишь
Тут есть тень под этой красной скалой
(Приди же в тень под этой красной скалой),
И я покажу тебе нечто, отличное
От тени твоей, что утром идет за тобою,
И тени твоей, что вечером хочет подать тебе руку;
Я покажу тебе ужас в пригоршне праха.

...

А то еще видал я Кумскую Сивиллу в бутылке. Дети ее спрашивали: "Сивилла, чего ты хочешь?", а она в ответ: "Хочу умереть".

Петроний, 'Сатирикон'
black sun

"Мы есть и всегда будем связаны с Матерью Природой"

С ранней юности я чувствовала, что отличаюсь от окружающих. Куда бы я ни шла, я часто замечала, что люди смотрят на меня и оглядываются во след. Чем больше я пыталась быть, как все другие, тем больше я выпадала из их общества. Хотя я действительно пыталась сделаться невидимкой на время, я не могла быть просто какой-то девочкой в классе, одной из сотрудниц, одной из толпы без реакции кого бы то ни было на мое присутствие. Обязательно я подвергалась особому вниманию, или несла ответственность за то, чего не делала. Снова и снова я убеждалась, что я "не такая, как все".

Я всегда много думала о жизни. Даже когда была совсем маленькая, я могла замечать такие вещи, какие дети в моем возрасте оставляют без внимания. Также я уже тогда обладала совершенным видением и магическими способностями. Я была ужасно обидчива в детском саду и в школе и чувствовала себя там, как в заключении. Мне не нравились авторитетные люди, которые думали. что могут указывать мне, что делать, а что нет. Для меня свобода была всегда исключительно важна.

Обозревая толпу, я видела, что множество так называемых обычных людей поверхностны и невежественны. Они не понимали моей страстности и эмоциональности. Я чувствовала, что если мое видение не совпадает с их, то скорее всего, с ними что-то не то. Они загоняли сами себя в стандарт, а меня считали странной вырожденкой. Таким образом, я всегда оказывалась в оппозиции. Меня расстраивало, что эти люди третируют природу и животный мир, друг друга и своих детей.

Мне всегда нравились американские индейцы. Я пришла к выводу, что коренные жители Америки были мудрыми и доблестными людьми; они знали секреты Природы и диких животных, и грустно было видеть, во что превратились их потомки, побежденные цивилизацией.

Мне всегда хотелось чего-то более глубокого, высокого, страстного - может быть, жизни в другом мире. Я тосковала по прошлому и любила читать о древних культурах и их мифологии, сказаниях и легендах. Любые мистерии и расказы о призраках вдохновляли мое воображение. Я всегда верила в существование параллельных миров. Я и до сих пор верю в путешествия по мирам, просто большинство не могут видеть "пришельцев". Часто я гуляла в лесу, удивляясь всему,как-будто я вошла в невидимые врата иного измерения, где тот же лес, те же деревья существуют в другом времени. В конце-концов приходит час идти "домой", но кто знает, где он, и где его искать?

Андреа Хауген, "Древние огни Мидгарда"

"Волшебный круг", Джон Уилльям Вотерхаус